Главная Книжная полка Максим Жаров. "Испанское море". Дополнительные главы
003_6.gif


Максим Жаров. "Испанское море". Дополнительные главы

PDF Печать
Автор: Максим Жаров
Дата публикации: 16.11.2007 15:15

Неожиданно отец посмотрел на меня и осекся. Его сомкнутые брови разошлись, светлые глаза подобрели, а на губах появилась улыбка.

- Но не будем омрачать твой приезд, дорогой мой сын. Для меня сейчас всего дороже именно это. Ведь ты даже не представляешь, какие политические интересы сплелись вокруг этого колониального города. И какие вельможи замешаны в этой игре, включая дона Гаспара де Гусмана девятого герцога Медина-Сидония. Жалко, что ты не смог побывать в его дворце в Севилье, а то бы познакомился с его женой благочестивой доньей Жуаной Фернандес де Кордоба и славным продолжателем рода доном Жуаном, которому очевидно сейчас около двенадцати лет. Николас говорил мне о неприятностях с которыми ты столкнулся. Очень жаль. Однако не будем больше об этом. Кстати, в честь твоего прибытия я намерен дать прием. Ты помнишь, что во Фландрии я содержал собственный пехотный полк с дюжиной рот по 250 солдат, и наверное знаешь, что я его выгодно продал, поэтому смог устроиться здесь весьма неплохо. Конечно все это лишь по местным меркам, но надеюсь тебе понравится наш дом. Он один из лучших в городе, если конечно не считать особняк президента де Монтемайора.

Произнеся это имя отец запнулся, и оглянулся по сторонам. Мы шли узкими городскими улочками, в которых кипела повседневная жизнь, но отец почему-то понизил голос.
— Видишь ли... Я не писал тебе этого, не хотел доверяться бумаге, но мой главный враг здесь именно этот самый дон Хуан Франсиско де Монтемайор-и-Куэнса. Раньше он был на Эспаньоле неограниченным хозяином, заправлял всем, но с моим приездом его права были сильно урезаны. Это длинная история, но я должен ее рассказать.

Мы шли от порта небольшой улицей. По бокам которой стояли неказистые беленые дома. Почти все они были одноэтажными, с огородом или садом за забором.

- После того, как несколько лет в Испанию из Индий не приходил флот с серебром, на моей родине в Андалусии вспыхнуло восстание. Мало того, что там были эпидемии, плохие урожаи, но и почти полностью прекратилась заморская торговля, которой живет эта провинция. Дело дошло до голодных бунтов, центром которых стала Гранада, за которой последовали восстания в Кордове и Севилье. Герцоги Медина-Сидония, графы Барахас, герцоги Алькала, герцоги Аркос, словом вся андалузская знать потеряв свои заокеанские доходы, надавила на нового первого министра дона Луиса де Аро, а тот в свою очередь поставил этот вопрос перед нашим мудрым монархом Филиппом IV. Ты знаешь, что я родом из Андалусии, поэтому именно меня порекомендовали местные гранды отправить в Западные Индии, чтобы исправить положение. Их план был такой: изменить маршрут следования серебряного флота в Испанию. Больше не ходить через Гавану и опасный своими рифами Флоридский пролив, а отправляться через Атлантику из Санто-Доминго. Для этого нужно было укрепить сам город привести в порядок Эспаньолу, где возникли стихийные протестантские поселения французов, англичан и голландцев, поддерживающих тесную связь с контрабандистами и корсарами. Именно последних, которые обосновались на Эспаньоле, андалузские вельможи винили в перехвате их кораблей, груженых серебром из Перу.

Словом, я прибыл в чине капитан-генерала с особыми полномочиями от короля, который отдал под мое командование все военные силы, находящиеся на острове, а дону де Монтемайору оставил лишь гражданскую власть. За это он кипит ко мне страшной ненавистью, часть которой достанется и тебе. Будь готов. Здесь его называют «президент», это что-то сродни испанскому «аделантадо». Дело в том, что в Западных Индиях существуют так называемые аудиенсии. То есть трибуналы, действующие, как административный совет на определенной территории. Он состоит из президента и нескольких оидорес. Так вот дон де Монтемайор и является президентом острова Эспаньола. Ему подчиняются все органы управления, кроме конечно юрисдикции местного епископа, и моих солдат, естественно.

- Но меня-то за что этому президенту ненавидеть? Ведь я только что ступил на берег и еще в глаза его не видел…

Отец улыбнулся и посмотрел на меня. В его светлых глазах, находящихся в тени широкополой шляпы, мелькнули искорки. Глядя на него я почему то вспомнил детство. Тогда он был намного моложе. Не было морщин около глаз, седины в усах и бородке, живота, который неизменно стремится появиться у каждого мужчины, которому переваливает за сорок. Отец был всегда чем-то занят, поэтому, когда я был мальчишкой, то всегда стремился завоевать его внимание. И в те нечастые минуты, когда он уделял мне его, отрываясь от дел, я был неизменно счастлив. Счастлив также, как сейчас. Ведь я снова иду рядом с тем, кого люблю всем сердцем, и несмотря на его жесткий и нетерпеливый характер, готов идти и дальше.

- Это неважно. Ты сын того, кто вольно или невольно отнял у него часть его власти. Он всячески препятствует всем моим действиям, чтобы доказать Мадриду, что я ничего не умею, и ничего не добьюсь. Думаю, что будет препятствовать и твоей карьере, ведь он всеми силами добивается моей отставки и отзыва. Постоянно, при всяком удобном случае, ставит палки в колеса. Кругом шныряют его шпионы и мне почти не на кого положиться, если не считать моего бывшего адъютанта еще по полку во Фландрии отважного андалузца Хосе де Кесада. Ты его должен помнить. И двух опальных дворян, которых я подобрал в Севилье после неудачной дуэли. Это граф дон Габриэль де Рохас-Валле-и-Фигуэр и дон Бальтасар де Кальдерон. Но теперь с твоим приездом я имею на одного сторонника больше. Это вселяет в меня надежду.

В этот момент к нам подбежал запыхавшийся некий солдат, который что-то выдохнул, а скорее выпалил скороговоркой, но что именно разобрать не удалось, из-за его слишком тяжелого и прерывистого дыхания. На нем был грязный желтый камзол, залитый потом и жиром, помятая серая шляпа с широкой тульей и драным пером, красные штопанные перештопанные чулки (вернее сказать они когда-то имели этот цвет, но благодаря неумолимому тропическому солнцу уже давно изменили его не в лучшую сторону) и черные кожаные стоптанные башмаки с пряжками, покрытые толстым слоем городской пыли, на которую так щедры улицы Санто-Доминго. О том что посланец был военным говорила шпага и патроны к мушкету, висевшие на его перевязи. Однако тяжелое огнестрельное оружие отсутствовало. Скорее всего, солдат оставил его сослуживцам, когда был отправлен на поиски моего отца. Когда, едва переводящий дух от бега, вояка, увидел, что мы ничего не понимаем, то повторил.

- Он снова… на прежнем месте… монсеньер. Вы приказали сразу же… если он появится...доложить…

- А, этот ваш лесной дух,— догадался отец.— Ну что ж, сын, пойдем посмотрим на местную достопримечательность — духа леса. Теперь он стал являться и днем.
Мы свернули с нашего пути и пошли за солдатом на северную окраину города на бастион Сен-Филиппе. С него открывался хороший вид на пустое пространство перед крепостными укреплениями.

- Вот он, вот, смотрите, стоит там на бугорке,— закричали караульные солдаты, указывая куда-то в даль.

Там действительно можно было различить человеческую фигуру, стоящую на небольшом холмике, широко расставив ноги. Это было чуть дальше мушкетного выстрела. -

Это Дух леса, я сразу его узнал,— с жаром выпалил один из солтат.— Это он убил Хосе и Мигеля.

- Ну какой это дух, это обычный человек. Вы что, действительно считаете, что дух может стрелять свинцовыми пулями? Сейчас глянем на него поближе.
Отец достал небольшую подзорную трубу.

- Итак, это явно человек белой расы, с длинными светлыми волосами, заплетенными спереди в косички, и с такой же светлой бородой. На его туловище мешок из шкуры дикой коровы с дырками для рук и ног, длинные штаны из свиной кожи, высокая шапка... Оружия не видно. А что у него в руке?



 
(10 голосов, среднее 4.10 из 5)

Обсуждение этой статьи на форуме. (0 постов)