Главная Общая история Морской разбой в Вест-Индии как источник первоначального накопления капитала (1621-1697гг.)
003_2.gif
Внимание! Если вы заметили в тексте опечатку, выделите ее мышкой и нажмите Shift+Enter.


Морской разбой в Вест-Индии как источник первоначального накопления капитала (1621-1697гг.)

PDF Печать
Автор: Виктор Губарев
Дата публикации: 07.09.2007 19:14
Последняя редакция 30.11.2009 18:30

В отечественной историографии до сих пор отсутствуют научные исследования, посвященные выяснению специфической роли морского разбоя в колониальной экспансии западноевропейских держав в эпоху Великих географических открытий и ранних колониальных захватов. Практически не разработан вопрос о социально-экономических корнях пиратства, не изучена связь морского разбоя в водах Америки, Африки и Ост-Индии с процессом так называемого первоначального накопления капитала в странах Западной Европы и его место в колониальном и морском соперничестве европейских государств на различных этапах их заморской экспансии.

Различные аспекты указанных проблем были частично затронуты нами в серии статей, опубликованных в современных украинских научных изданиях [1].

Цель настоящей работы — исследовать влияние морского разбоя в Вест-Индии на процесс первоначального накопления капитала в Голландии, Англии и Франции в период ранних колониальных войн. Анализируя различные документальные свидетельства и обширный фактический материал, собранный зарубежными специалистами по истории колониальных и морских войн, мы постараемся определить, каким образом и в каких размерах награбленные в Карибском море сокровища, деньги и товары поступали на колониальные и европейские рынки.

Поскольку в первой половине XVII в. на морских коммуникациях Атлантики доминировал голландский флот, можно предположить, что наибольшую прибыль от морского разбоя в Вест-Индии получала буржуазия республики Соединенных провинций (далее — Голландия), превратившая морскую войну против Испании и ее колоний в доходное капиталистическое предприятие [2, c. 44-48]. За период с 1621 по 1636 г. каперы Нидерландской Вест-Индской компании (ВИК) захватили в американских водах 547 испанских и португальских судов стоимостью 6 млн. 710 тысяч гульденов, тогда как снаряжение каперских экспедиций обошлось ВИК в 5 млн. гульденов. Продажа награбленного в Голландии принесла компании 30 млн. гульденов дохода [3, p. 35]. Если взять период с 1621 по 1643 гг., то за это время голландцы захватили или уничтожили более 600 испанских и португальских судов. Только третью часть прибылей ВИК получила за счет торговли; остальной доход был получен за счет морского разбоя и грабежа приморских городов в Америке. Когда в 1628 году Питер Хейн захватил у берегов Кубы испанский «серебряный флот», нагруженный американскими сокровищами, в его руки попала добыча на 11,5 млн. гульденов. Чистая прибыль ВИК составила около 7 млн. гульденов; моряки получили 950 тысяч, директора компании — 70 тысяч, сам Хейн — 7 тысяч гульденов [4, p. 406]. Пятая часть добычи пошла в пользу государства. Руководство компании смогло выплатить акционерам в 1629-1630 гг. дивиденды в размере 75%. Стоимость взятой Хейном добычи равнялась ⅔ стоимости годового содержания всей голландской армии [5, p. 194-200, 496-499].

В «Доводах Вест-Индской компании против мира с Испанией» (1633 г.) отмечалось, что корабли компании регулярно доставляют в метрополию огромное количество ценных колониальных товаров: кошениль, индиго, имбирь, сахар, шелк, хлопок, шкуры, слоновые бивни, табак, бразильское дерево, соль, смолы и пр. Все это затем экспортировалось в другие европейские страны. Руководство ВИК утверждало, что ежегодно компания вывозила за рубеж около 5 тонн золота, а ввозила более 10 тонн [5, p. 501].

Прекращение войны с Испанией (1648 г.) привело к свертыванию голландского каперства в Вест-Индии. Голландские предприниматели переориентировались на посредническую контрабандную торговлю и работорговлю с испанскими, английскими и французскими колониями в указанном регионе, одновременно поддерживая тесные деловые связи с флибустьерами и буканьерами островов Тортуга, Эспаньола (Гаити) и Ямайка.

Большую добычу удавалось захватывать в Вест-Индии и английским корсарам. Капитаны Компании острова Провиденс [6] имели право сбывать награбленную добычу не только в Англии, но и в колониях, в частности — в Новой Англии, на островах Тортуга и Провиденс, отчисляя в пользу компании определенную долю выручки. Обратимся к «Дневнику» губернатора Провиденса Н. Батлера. Он пишет, что 28 февраля 1639 года он и его офицеры «были заняты на складе дележом того, что причиталось из захваченных товаров корабельной команде и, соответственно, почтенной компании — пятая часть, мне — моя адмиральская пошлина, а капитану Эксу — вице-адмиральская» [7, p. 8].

Если экспедиция заканчивалась успешно, корсары доставляли в английские гавани добычу, размеры которой в несколько раз превышали расходы на снаряжение кораблей. Губернатор Новой Англии Дж. Уинтроп 28 февраля 1638 года записал в своем дневнике: «Г-н Пирс на сейлемском корабле „Дизайр“ вернулся из Вест-Индии спустя семь месяцев и привез оттуда хлопок, табак и негров, а также соль с Тортуги… Он встретил там два военных корабля, отправленных лордами Провиденса с каперскими свидетельствами, которые захватили у испанцев различную добычу и много негров» [8, p. 4]. Эти два боевых корабля назывались «Хэппи Ритён» и «Провайденс», и командовал ими известный пират Т. Ньюмен. В апреле 1638 года «Хэппи Ритён» привез из Вест-Индии в Англию груз табака, жира и шкур стоимостью 4 тысяч фунтов стерлингов. В ноябре того же года капитан Т. Ньюмен пожаловал на пинасе «Провайденс» в Новую Англию. Дж. Уинтроп записал в дневнике: «Некий капитан Ньюмен был отправлен с поручением графа Голланда, губернатора Вестминстерской компании (т. е. Компании острова Провиденс,— В.Г.), графа Уорвика и прочих из этой компании добывать испанца... в Вест-Индии, после чего он захватил у них много небольших судов и прочее... Он привез много шкур и много жира. Шкуры он продал здесь по 17 ф.с. 10 ш., жир — по 29 шилл. и отплыл в Англию 1 декабря» [9, p. 263].

Ньюмен достиг Ла-Манша в день Рождества, однако здесь счастье изменило ему. Его пинас был неожиданно атакован испанским приватиром из Дюнкерка. В результате столкновения пять англичан было ранено, трое убито, а «Провайденс» взят в качестве приза и отведен в дюнкеркский порт. В руки испанцев попало 25 тюков индиго, много ящиков сарсапарильи, золотая цепь, мешок серой амбры, 4 алмаза, большое количество жемчуга, несколько бочек золота и серебра, серебряные слитки и два крупных куска золота всего на сумму 30 тысяч фунтов стерлингов. [9, p. 264].

27 августа 1639 года в дневнике Дж. Уинтропа появилась еще одна характерная запись: «Сюда прибыл небольшой барк из Вест-Индии, на нем — некий капитан Джексон с каперским свидетельством от Вестминстерской компании на право захвата добычи и прочего у испанцев. Он привез много богатств в деньгах, слитках, индиго и сахаре. Он продал здесь свой индиго и сахар за 1400 фунтов стерлингов... и снова отправился в Вест-Индию» [9, p. 269-270].

Один из каперов Компании острова Провиденс в 1642 году захватил испанский приз стоимостью 50 тысяч фунтов стерлингов. [10, p. 199]. Чтобы представить себе ценность подобного рода трофеев, заметим, что снаряжение каперского судна в Англии обходилось тогда в 1 тысячу фунтов стерлингов.

Во время Английской революции 1640-1660 годов произошло резкое усиление мощи британского флота; это позволило англичанам, с одной стороны, нанести существенный урон навигации и морской торговле Голландии (в период первой англо-голландской «торговой войны» 1652-1654 гг.), а с другой стороны — морской торговле и колониям Испании (в период войны 1655-1660 гг.). Приняв в октябре 1651 года ограничительный для иностранных (прежде всего — голландских) предпринимателей Навигационный акт, английский парламент в то же время отметил, что его положения не распространяются «на слитки и на товары, захваченные или которые будут захвачены в качестве приза кораблем или кораблями, имеющими полномочия от английского государства» [11, c. 269-270]. Английским подданным разрешалось также доставлять на родину любые виды товаров и продуктов из Испании и ее колоний [11, с. 269]. Данные положения Навигационного акта свидетельствовали не только о поощрении государством корсарского промысла, но и о заинтересованности английских предпринимателей в беспрепятственном получении сокровищ и товаров, захватываемых на иностранных судах. По данным Ф. Коломба, только в годы войны 1652-1654 гг. англичане захватили в Атлантическом и Индийском океанах 1700 голландских призов стоимостью 6 млн. ф.ст., тогда как призы, взятые голландцами, не составляли даже четвертой доли указанной численности и стоимости. Если эти подсчеты верны, то стоимость призов, взятых англичанами в течение двух лет, превышала доход страны за такой же отрезок времени в два раза [12, с. 80-81].

В годы республики английские корсары отчисляли в пользу Государственного совета 1/10 часть награбленной добычи [13, p.14-15]. Среди наиболее известных английских комиссионеров по призовым товарам этого периода можно назвать М. Томпсона, М. Ноэлла и Т. Пови. Указанные купцы-арматоры, владевшие целыми флотилиями каперских судов и имевшие влияние на правительство протектората, финансировали вест-индскую экспедицию 1654-1655 гг. (завершившуюся захватом острова Ямайка) и фактически руководили военными властями Ямайки до реставрации монархии (1660 г.).

В 50-60-х годах XVII века, когда Ямайка была главной базой корсаров и флибустьеров Карибского моря, оттуда в метрополию и Новую Англию шел поток разнообразных призовых товаров и продуктов, в том числе — золото, серебро, драгоценные камни, шкуры, табак, соль, какао, индиго, кошениль, кампешевое дерево. В 1659 году английский коммодор Кристофер Мингс, покинув Ямайку с 3 фрегатами и 300 солдатами на борту, ограбил на побережье Венесуэлы города Куману, Пуэрто-Кабельо и Коро. В Коро, преследуя убегавших жителей, англичане захватили сказочный трофей — 22 ящика королевских сокровищ (каждый вмещал по 400 фунтов серебра), драгоценные камни и какао. Когда эскадра Мингса вернулась на Ямайку, вся добыча была оценена в 200-300 тысяч фунтов стерлингов (по другой версии — в 500 тыс. ф.ст.) [14, p. 98]. При этом Мингс и его офицеры, ссылаясь на обычай, разрешили своим людям разграбить испанский приз стоимостью 12 тысяч пиастров и забрать серебро из ящиков, взятых в Коро. За неподчинение приказам и утаивание добычи ямайский губернатор Эдвард Дойли отстранил Мингса от должности и в начале июня того же года отправил в Англию.

По мнению Дж. Бриджеса, награбленная корсарами и флибустьерами добыча была главным источником того богатства, которое в течение длительного периода времени делало Ямайку ведущей британской колонией [15, p. 234]. Наиболее крупные пиратские акции были осуществлены флибустьерами Ямайки в 1662-1671 гг. Так, в октябре 1662 года флибустьеры под командованием вернувшегося из Англии К. Мингса ограбили кубинский город Сантьяго-де-Куба. Материальные потери испанцев составили 1 млн. ф.ст. Помимо серебра, вина, 200 ящиков сахара и табака, люди Мингса захватили 7 испанских судов [16, c. 41]. В феврале 1663 года ямайская флотилия под командованием все того же Мингса высадила десант возле мексиканского города Кампече, который был взят штурмом и разграблен. Испанские форты корсары частично разрушили, половину города сожгли, а 14 кораблей, стоявших на рейде, взяли в качестве призов. Добыча оценивалась в 150 тысяч песо, а общий ущерб, нанесенный испанской казне, составил 500 тыс. песо [16, c. 42]. Официальный Лондон, хотя и получал свою долю пиратской добычи, открыто не признавал законность антииспанских акций в Вест-Индии. В апреле 1663 года Карл II заверил испанское правительство, что он крайне недоволен грабежем Сантьяго-де-Кубы. Когда в мае 1663 года поступило сообщение о набеге Мингса на Кампече, король осудил и этот рейд. Находившиеся в Испании английские купцы боялись, что из-за пиратских действий ямайской флотилии в Карибском море их бизнес и репутация будут подорваны [17, p. 94]. Чтобы успокоить испанский двор и английских негоциантов, торгующих с Испанией, Карл II запретил Совету Ямайки организовывать набеги против испанских кораблей и прибрежных поселений, но флибустьеры и колониальные чиновники проигнорировали этот «запрет». Бывший вице-губернатор Ямайки Ч. Литтлтон, объясняя лорду-канцлеру необходимость всемерного поощрения корсаров в Вест-Индии (август 1664 г.), подчеркивал, что каперский промысел дает работу большому количеству моряков, защищавшим Ямайку без участия военно-морских сил королевства; кроме того, в случае прекращения постоянного притока в Порт-Ройял призовых товаров многие купцы, по мнению Литтлтона, могли покинуть остров, а это неизбежно привело бы к чрезмерному повышению цен [14, p. 112].

22 февраля 1666 года Совет Ямайки объявил о своем намерении выдать флибустьерам новые каперские свидетельства против испанцев. Пункт 1 гласил, что это делается «с целью снабжения острова многими продуктами по низким ценам». В пункте 2 отмечалось, что «это пополнит остров деньгами, слитками, какао, кампешевым деревом, шкурами, жиром, индиго, кошенилью и многими другими товарами, благодаря чему люди из Новой Англии будут заинтересованы в доставке своих продуктов и много купцов поселится в Порт-Ройяле». Пункт 3 подчеркивал, что данная мера «поможет бедным плантаторам, продающим провизию боевым кораблям», а пункт 4 — что «это привлечет многих к покупке рабов и заселению плантаций, таких как Хармсон, Бриникен и многих других, где имеются значительные плантации». В то же время активизация антииспанских походов должна была привлечь на Ямайку «сотни англичан, французов и голландцев, многие из которых станут плантаторами» (пункт 5), принести «немалый доход его величеству и его королевскому высочеству в размере одной пятнадцатой и одной десятой части» (пункт 8) и стимулировать ремесленное производство «в Порт-Ройяле и в других местах» (пункт 9) [18, p. 150-151].

Невозможно подсчитать, сколько всего сокровищ было вывезено в те годы из Вест-Индии в Англию. Известно, однако, что в течение лишь одного 1666 года ямайские власти официально переправили в метрополию 50 тысяч фунтов стерлингов в качестве 1/10 и 1/15 частей пиратской добычи, причитавшейся по закону королю и лорду-адмиралу [13, p. 67]. Примечательно, что столько же Карл II Стюарт ежегодно получал от всех своих коронных земель [19, c. 187].

В 1668 году флибустьеры под командованием Генри Моргана напали на кубинский город Пуэрто-Принсипе (совр. Камагуэй). Захватив его и разграбив, они взяли у испанцев в качестве выкупа 500 голов скота и вернулись на корабли. Добыча была разделена на одном из островков южнее Кубы и оценивалась в 50 тысяч песо золотом, серебром и различными товарами [20, с. 122-126; 21, с. 359-360]. В июне 1668 года Морган, имея под своим началом всего 460 человек, совершил нападение на панамский город Пуэрто-Бельо. В течение двух недель англичане грабили город и окрестности, подвергая пленных истязаниям. «Всех кто упорствовал и не желал по доброй воле признаваться, тащили на дыбу и терзали, пока он не отдавал богу душу или не показывал все, что от него требовалось, - сообщает Эксквемелин.— Были и такие, кто не имел вообще никакого добра; они также умирали под пытками, как мученики. Пираты не отпускали никого, и пленники показывали, где спрятано их добро» [20, с. 130]. Флибустьеры ушли лишь после того, как получили за город выкуп в размере 100 тысяч песо. Добычу, как обычно, разделили на островках южнее Кубы. Она составила 250 тысяч песо золотом, драгоценностями и серебряными изделиями, не считая холста, шелка и других товаров. Губернатор Ямайки Томас Модифорд писал в Лондон, что после грабежа Пуэрто-Бельо рядовые участники грабежа получили по 60 фунтов стерлингов, Морган — не менее 400 фунтов стерлингов. [16, с. 46] Награбленные в этом походе сокровища увеличили богатство острова на ⅓, а суммы, достигшие Лондона, вывели из бедственного положения королевскую казну. Свою долю получили губернатор Ямайки, лорд-адмирал Англии герцог Йоркский (брат Карла II), его заместитель Джордж Монк герцог Альбемaрль и сам король.

Весной 1669 года флибустьеры под командованием Моргана ограбили города Маракайбо и Гибралтар в Венесуэле. 17 мая они с триумфом вернулись в Порт-Ройял; добыча была оценена в 250 тысяч песо (не считая стоимости товаров и рабов). Однако самым известным предприятием Моргана оказался набег на Панаму в 1671 году. Город был не только ограблен, но и полностью сожжен. 24 февраля пираты выступили из Панамы, ведя 157 мулов, нагруженных серебром, золотом, драгоценными камнями и разнообразными товарами общей стоимостью 6 млн. эскудо [22, p. 121]. В пути они поделили награбленное. Все надеялись получить по 800 — 1000 фунтов стерлингов, но в действительности на каждого участника пришлось лишь по 10 фунтов стерлингов. [23, p. 87] Чувствуя, что в экипажах назревает бунт, Морган и его офицеры спешно погрузили большую часть добычи на корабли и ушли в Порт-Ройял. Совет Ямайки, выслушав отчет Моргана о панамской экспедиции, объявил ему публичную благодарность [24, p. 311].

Крупнейшими пиратскими маклерами указанного периода были члены семьи Модифордов. Годовой доход ямайского губернатора Т. Модифорда (по определению его сына Ч. Модифорда) составлял 2500 фунтов стерлингов. Из них 1 тысячу фунтов стерлингов он получал за службу в качестве губернатора, 600 фунтов стерлингов — в виде налога на спиртное, 400 фунтов стерлингов — за каперские свидетельства (одно свидетельство стоило 20 фунтов стерлингов) и еще 500 фунтов стерлингов — в виде «подарков» от флибустьеров. Помимо этих сумм семья Модифордов имела и иные источники дохода. Известно, что губернатор за бесценок скупал у флибустьеров призовые товары, которые разбирал в адмиралтейском суде его брат Дж. Модифорд (главный судья Ямайки). Затем эти товары транспортировались в Англию, где сын губернатора выгодно сбывал их по завышенным ценам [25, p. 77; 26, p. 554].

С развитием плантационного хозяйства и возрастанием спроса на рабов пиратский промысел в Карибском море начал тесно переплетаться с работорговлей. В то время как в Западной Африке в начале 1660-х годов раб стоил 3 фунта стерлингов, в Британской Вест-Индии его продавали за 16 фунтов стерлингов. [27, p. 92]. В 70-е годы на Антильских островах стоимость одного раба подскочила до 30 фунтов стерлингов. [28, p. 252, 255]. Естественно, что интерес морских разбойников к невольничьим судам возрос. На захвате африканских невольников порой наживались целые состояния. Когда английский корабль «Дайемонд» в феврале 1661 года захватил голландское невольничье судно «Мартин ван Руссен», губернатор Ямайки Э. Дойли обманул моряков и присвоил себе как негров, так и деньги, взятые на призовом судне [27, p. 154]. Капитан Дж. Галлоп, захватив в феврале 1674 г. голландское невольничье судно «Сусанна» с 660 африканцами на борту, тайно переправил часть невольников на свою ямайскую плантацию, а владельцев корабля, на котором служил, оставил с носом [27, p. 209-212]. Весной 1677 г. в одной из бухт Ямайки шотландский пират Дж. Браун тайно продал местным плантаторам более сотни негров-рабов; последние были захвачены им на голландском невольничьем судне «Голден сан» в районе испанского порта Картахена (в Новой Гранаде) [27, p. 242-245]. Ямайский губернатор лорд Воан велел сурово наказать Брауна (в итоге «малый был повешен»), а невольников вернуть их прежним владельцам. Подобные меры вызвали резкий протест со стороны членов ямайской ассамблеи, наживавшихся на незаконных сделках с пиратами; разгневанному губернатору пришлось распустить ассамблею [29]. Сообщения о том, что флибустьеры и корсары в обход монополии Королевской Африканской компании тайно сбывают невольников на Ямайке, почти ежегодно поступали в лондонский Комитет по торговле и плантациям.

Деньги и товары из пиратской добычи попадали в метрополию не только прямым путем, но и опосредованно. В «золотые годы» флибустьерства на Ямайке вся торговля там была подчинена единственной цели: «перекачать» деньги из пиратских карманов в кошельки ловких дельцов. Город Порт-Ройял, в котором базировались корабли флибустьеров, превратился в рай для скупщиков награбленного, ростовщиков, трактирщиков, содержателей притонов и публичных домов. К 1668 г., по свидетельству Р. Блома, в Порт-Ройяле насчитывалось 800 домов, которые были «столь дорогими, словно стояли на хороших торговых улицах Лондона» [30, p. 14]. Некоторые офицеры и плантаторы держали в домах утварь из серебра, а лошадей подковывали серебряными подковами. Хирург Р. Браун, участник походов Г. Моргана, в декабре 1668 г. писал о Ямайке: «Этот остров в весьма преуспевающем состоянии и становится все более богатым благодаря корсарству…» [23, p. 82] За десять лет количество кабаков в городе увеличилось вдвое и к началу 70-х годов на каждые десять жителей приходилось одно питейное заведение. По свидетельству современников, помимо сотни лицензионных трактиров в Порт-Ройяле имелось множество сахарных и ромовых предприятий, торговавших спиртными напитками без лицензии [14, p. 268]. А. О. Эксквемелин был свидетелем того, как отдельные флибустьеры проматывали за ночь 2-3 тыс. пиастров — всю свою долю добычи [20, c. 76]. Только отдельные, наиболее расчетливые, пираты смогли обогатиться за счет морского разбоя и вложить деньги в бизнес и недвижимость. Среди них самой заметной фигурой был Г. Морган, купивший поместья Дэнкс и Морганс-Вэлли в Кларендоне, Лланримни в Сент-Мэри, Пенкарн в Сент-Джордже и Лоренсфилд близ Порт-Хендерсона [31, p. 58].

Во Франции, как и в Англии, первоначальное накопление осуществлялось в значительных масштабах, однако полученные за счет заморских авантюр богатства направлялись там не столько в торговлю и промышленность, сколько в ростовщичество, откуп и т. п. В первой трети XVII в. ростовщики ссужали деньги на вест-индские предприятия в среднем под 50%. Когда корсары возвращались во Францию, вся добыча делилась на три части. Первая треть отчислялась в пользу арматора и шкипера. Две оставшиеся трети снова делились на трети, из которых одна треть опять-таки шла арматору и шкиперу, а две трети — арматору и поставщикам; из этих же денег арматоры выплачивали заработок матросам [32, p. 11-12].
С появлением французских колоний на Сент-Кристофере, Мартинике, Тортуге и Гаити они стали основными рынками, куда свозилась награбленная добыча и откуда она в дальнейшем переправлялась во Францию. Миссионер Ж.-Б. дю Тертр отмечал, что ценность Тортуги как колонии придали флибустьеры, поскольку именно они, «захватывая богатую добычу у испанцев, смогли быстро обогатить жителей и губернатора» [33, p. 125].

Самыми богатыми людьми на Тортуге были губернатор и его офицеры, поддерживавшие с флибустьерами тесные деловые связи. По договору, заключенному генерал-лейтенантом Французских Антилл шевалье Л. де Пуанси с губернатором Тортуги Ле Вассером 2 ноября 1641 года, последний имел право на десятую часть доходов с острова. Остальное делилось на две части: одна половина отчислялась в пользу Компании островов Америки (сменившую в 1635 году Компанию острова Сент-Кристофер), другая — в пользу шевалье де Пуанси и его офицеров, причем генерал-лейтенант получал ⅓ часть этой доли, а его офицеры — ⅔ [33, p. 138-139].

Крупным пиратским маклером был губернатор Тортуги и Сен-Доменга Б. д'Ожерон, назначенный на этот пост директорами Французской Вест-Индской компании. Эксквемелин рассказывает, что, когда летом 1666 года флибустьеры захватили испанский корабль с добычей, состоявшей из 120 тысяч фунтов какао, 40 тысяч. пиастров в монете и 10 тысяч пиастров в драгоценностях, они отослали его на Тортугу. Д’Ожерон приобрел этот приз за двадцатую часть его стоимости, а какао велел перенести на свои личные склады [20, c. 86, 96]. Иногда губернатор брал у флибустьеров деньги в обмен на векселя, которые оплачивались во Франции. Это позволяло пиратам возвращаться на родину вполне добропорядочными буржуа, поскольку никто не знал тайну происхождения их состояния. Миссионер Ж.-Б. Лаба сообщает, что на Гаити он встречался с бывшим флибустьером, которого колонисты избрали президентом городского совета. Этот человек был «очень богат» и давно «отошел от корсарства, на котором скопил деньги» [34, p. 240].

Выгодную торговлю с карибскими флибустьерами вели французские оружейные мануфактуры. Специальные буканьерские ружья изготовляли оружейники в Дьеппе, Нанте и Бордо. Лучший буканьерский порох поступал из Шербура. По свидетельству Лаба, в конце XVII века буканьерские ружья можно было приобрести на Антиллах либо у частных торговцев, либо на королевских складах. Одно ружье стоило 31 ливр 10 солей. Любое судно, отправлявшееся на Антиллы, должно было доставить туда не менее шести ружей [34, p. 121-122]. Таким образом, пиратский промысел в Вест-Индии в известной мере стимулировал развитие мануфактур военного профиля, для которых Карибский регион стал постоянным рынком сбыта оружия.

В 1682 году французский губернатор Сен-Доменга Ж. Н. де Пуанси разрешил капитану Л. де Граффу и его компаньону Н. ван Хоорну прибыть в Пти-Гоав для раздела добычи, захваченной на испанском судне, которое везло из Гаваны в Санто-Доминго и Сан-Хуан жалованье для солдат на сумму 120 тыс. песо. Флибустьеры получили по 700 песо на брата, отдав 10% стоимости награбленного губернатору. Затем на свои деньги Н. ван Хоорн и Л. де Графф снарядили экспедицию для похода на испанский порт Веракрус в Мексике. Около 1000 пиратов собрались у мыса Каточе на Юкатане. В мае 1683 г. они двинулись на 8 кораблях к цели. Веракрус был захвачен и разграблен; драгоценностей, денег и товаров было взято более чем на 3 млн. пиастров. Губернатор, попавший в плен, уплатил за себя выкуп в 70 тыс. пиастров. Кроме того, пираты увезли с собой на Гаити от 1000 до 1300 рабов. После дележа добычи на каждого участника похода пришлось по 800 пиастров [14, p. 242].

Годы войны за Пфальцское наследство (1688-1697), весьма обременительные для казны Людовика XIV, в то же время способствовали обогащению той части французской буржуазии, которая вложила часть своих средств в корсарство. За два первых года войны французы захватили в Атлантике и Вест-Индии не менее 3 тысяч английских торговых судов, потеряв лишь 67 своих торговых судов [35, p. 155]. Грабеж в 1689 г. голландской колонии на острове Синт-Эстатиус и английской — на Сент-Кристофере принес французским рейдерам около 400 тыс. ливров дохода [36, p. 152-156]. Значительный урон был нанесен английской работорговле. Так, по подсчетам К. Дэвиса, между 1689 и 1697 гг. французские корсары и флибустьеры захватили 64 невольничьих судна, принадлежавших Королевской Африканской компании (каждое судно стоило в среднем около 4 тыс. ф.ст.) [37, p. 206].

В июне 1694 г. французские корсары под командованием губернатора Сен-Доменга Ж. Дюкасса нанесли удар по Ямайке. Крупные десанты были высажены в различных пунктах побережья. Отряд в 800 человек под командованием Борегара опустошил все восточное побережье острова; другие отряды волонтеров, буканьеров и пиратов разорили плантации и сахарные заводы на северном побережье. Добыча, по некоторым данным, оценивалась в 60 тыс. ф. ст. [36, p. 196]. «Ущерб, нанесенный врагу этой операцией,— писал французский миссионер Ж.-Б. Лаба,— составил более 12 миллионов, не считая военного 50-пушечного корабля, который они захватили, и множества других торговых судов, которые они увели с собой, посадили на мель или сожгли... Захваченных и разделенных между ними негров-рабов насчитывалось 1900, но взятых отдельными лицами и не учтенных в общей добыче было значительно больше. Что же касается денег в звонкой монете, мебели, товаров и машин для производства сахара, то подсчитать точную стоимость всего этого просто невозможно. Достаточно сказать, что захваченного хватило на то, чтобы обогатить изрядное число флибустьеров и обитателей побережья, а Дюкасс и его офицеры сколотили такие огромные состояния, что им могли бы позавидовать самые богатые люди Европы» [38, c. 57-58].

Но самым прибыльным грабительским предприятием французских рейдеров и флибустьеров был поход на город-крепость Картахену в Новой Гранаде (современная Колумбия) в 1697 году. [39]. Материальные потери испанцев оценивались в 46 млн. песо. При этом денег, серебряных слитков, золота, драгоценностей и товаров было взято на 20 млн. песо. Стоимость артиллерии, легкого вооружения, амуниции, церковных колоколов и рабов равнялась 3 млн. песо. Наконец, ущерб городу, порту, кораблям и фортификационным сооружениям определялся суммой в 23 млн. песо [40, p. 3]. Поскольку флибустьеры, участвовавшие в этом предприятии, были при дележе добычи обмануты командиром экспедиции бароном де Пуанти, большая и лучшая часть награбленных сокровищ уплыла во Францию, где попала в руки инвесторов. Губернатор Сен-Доменга Ж. Дюкасс вложил свою долю добычи в плантацию на Гаити и стал одним из самых богатых собственников в колонии [41, p. 155].

Можно констатировать, что деятельность голландских, английских и французских корсаров и флибустьеров в водах Испанской Америки в XVII веке способствовала разорению одних собственников (жертв пиратских нападений) и обогащению других (пайщиков, непосредственных участников экспедиций, скупщиков награбленной добычи и пр.). Процветать и иметь легальные основания столь специфический вид частного предпринимательства мог лишь в периоды, когда отсутствовали нормальные условия для свободного мореплавания и свободной торговли (как в виду частых морских и колониальных войн, так и в силу жесткой монополизации заморской торговли). Поскольку в XVII веке эксплуатация природных богатств Южной и Центральной Америки по-прежнему оставалась монополией севильской Торговой палаты, от пиратских нападений в Карибском регионе страдали в основном подданные испанской короны, а наживались противники Испании — предприниматели Голландии, Англии и Франции. Однако к концу XVII века, с появлением в Вест-Индии английских, голландских и французских колоний и увеличением объемов навигации и торговли англичан, голландцев и французов, от морского разбоя стали страдать не только испанцы, но и их противники. Поэтому, мирясь с каперством как неизбежным спутником и инструментом морских войн, правительства Англии, Голландии и Франции к началу XVIII в. решительно отказались от поддержки несанкционированного морского разбоя (флибустьерства). В дальнейшем активными легальными грабителями на всех «семи морях» оставались лишь каперы и корсары.

Литература

1. Губарев В. К. Роль Нидерландской Вест-Индской компании в сокрушении торгово-колониального могущества Испании в 1621-1648 гг. // Наукові праці Донецького національного технічного університету. Серія “Гуманітарні науки”.— 2001.— Вип. 30.— С. 44-48; Губарев В. К. Неофициальная война: особенности англо-испанского колониального соперничества в Вест-Индии в 1660-1671 гг. // Наукові праці Донецького національного технічного університету. Серія „Гуманітарні науки”.— 2002.— Вип. 57.— С. 40-50; Губарев В. К. Тортуга — цитадель флибустьеров (1630-1692 гг.) // Наука. Релігія. Суспільство.— 2004.— № 3.— С. 33-44; Губарев В. К. Компания острова Провиденс и англо-испанское соперничество в Вест-Индии в 1630-1644 гг. // Наукові праці Донецького національного технічного університету. Серія „Гуманітарні науки”.— 2005.— Вип. 86.— С. 73-80; Губарев В. К. Флибустьерский кодекс: образ жизни и обычаи пиратов Карибского моря (60-90-е годы XVII в.) // Наука. Релігія. Суспільство.— 2005.— № 3.— С. 39-49.

2. Подробнее см.: Губарев В. К. Роль Нидерландской Вест-Индской компании в сокрушении торгово-колониального могущества Испании в 1621-1648 гг. // Наукові праці Донецького національного технічного університету. Серія “Гуманітарні науки”.— 2001.— Вип. 30.— С. 44-48.

3. Cordova-Bello E. Compañias holandesas de navegacion, agentes de la colonizacion Neerlandesa.— Sevilla, 1964.

4. Boxer C. R. Piet Heyn and the Silver-Fleet // History Today, XIII (June, 1963).— P. 398-406.

5. Goslinga C. Ch. The Dutch in the Caribbean and on the Wild Coast: 1580-1680.— Assen, 1971.

6. См.: Губарев В. К. Компания острова Провиденс и англо-испанское соперничество в Вест-Индии в 1630-1644 гг. // Наукові праці Донецького національного технічного університету. Серія „Гуманітарні науки”.— 2005.— Вип. 86.— С. 73-80.

7. Privateering and Piracy in the Colonial Period: Illustrative Documents / Ed. by J. F. Jameson.— N. Y.: The Macmillan Company, 1923.

8. Documents illustrative of the History of the Slave Trade to America / Ed. by E. Donnan.— N. Y., 1969.— Vol. III.

9. Newton A. P. The Colonising Activities of the English Puritans. The last phase of the Elizabethan Struggle with Spain.— N. Y.: Kennikat Press, 1966.

10. Quinn D. B., Ryan A. N. England’s sea empire, 1550-1642.— L.; Boston; Sydney, 1983.

11. Законодательство английской революции 1640-1660 гг. / Сост. Н. П. Дмитревский.— М.; Л.: Изд-во АН СССР, 1946.

12. Коломб Ф. Морская война.— М.: АСТ; СПб.: Terra Fantastica, 2003.

13. Documents relating to law and custom of the sea / Ed. by R. G. Marsden.— L.: Navy Records Soc., 1916.— Vol. II.

14. Haring C. H. The Buccaneers in the West Indies in the XVIIth Century.— Hamden, Conn., 1966.

15. Bridges G. W. The Annals of Jamaica.— L.: Frank Cass and Company Ltd., 1968.— Vol. I.

16. Губарев В. К. Неофициальная война: особенности англо-испанского колониального соперничества в Вест-Индии в 1660-1671 гг. // Наукові праці Донецького національного технічного університету. Серія „Гуманітарні науки”.— 2002.— Вип. 57.— С. 40-50.

17. The Diary of Samuel Pepys / Ed. by R. Latham and W. Matthews.— Berkeley; Los Angeles, 1971.— Vol. IV.

18. Carse R. The Age of Piracy; a history.— N. Y.; Toronto: Rinchart, 1957.

19. Татаринова К. Н. Очерки по истории Англии. 1640-1815 гг.— М.: Изд-во ИМО, 1958.

20. Эксквемелин А. О. Пираты Америки.— М.: Мысль, 1968.

21. Рогожинский Ж. Энциклопедия пиратов.— М.: Вече, А. Корженевский, 1998.

22. Thornton A. P. West India policy under the Restoration.— Oxford, 1956.

23. Hamshere C. The British in the Caribbean.— L.: Weidenfeld and Nicolson, 1972.

24. Howard E. Sir Henry Morgan, the Buccaneer.— S. I.— 1842.

25. Pringle P. Jolly Roger. The Story of the Great Age of Piracy.— N. Y., 1953.

26. Barbour V. Privateers and Pirates of the West Indies // The American Historical Review.— April 1911.— Vol. XVI.— № 3.

27. Documents Illustrative of the History of the Slave Trade to America, 1441-1700 / Ed. by E. Donnan.— Washington: Carnegie, 1930.— Vol. I.

28. Bridenbaugh C., Bridenbaugh R. No peace beyond the Line. The English in the Caribbean. 1624-1690.— N. Y., 1972.

29. Calendar of State Papers, Colonial Series: America and West Indies, 1677-1680: no 383.

30. Hurwitz S. J., Hurwitz E. F. Jamaica. A Historical Portrait.— L.: Pall Mall Press, 1971.

31. Black C. V. The Story of Jamaica from prehistory to present.— L., 1965.

32. Documents relatifs a la marine normande et a ses armements aux XVIe et XVIIe siecles / Publ. par Ch. et P. Breard.— Rouen, 1889.

33. Peña Batlle M. A. La isla de la Tortuga.— Madrid: Cultura Hispanica, 1977.

34. Labat J.-B. Viajes a las islas de la America.— La Habana, 1979.

35. Guttridge G. H. The Colonial policy of William III in America and the West Indies.— L., 1966.

36. Crouse N. M. The French Struggle for the West Indies, 1665-1713.— N. Y., 1943.

37. Davies K. G. The Royal African Company.— L.; N. Y., 1957.

38. Копелев Д. Н. Золотая эпоха морского разбоя.— М.: Остожье, 1997.

39. Подробнее см.: Relation de ce qui s’est fait a la prise de Cartagene, scituee aux Indes Espagnoles, par l’Escadre Commandee par Mr. de Pointis.— Bruxelles, M. DC.XCVIII.

40. Matta Rodriguez E. El asalto de Pointis a Cartagena de Indias.— Sevilla, 1979. 41. Butel P. Les Caraїbes au temps des flibustiers, XVIe — XVIIe siecles.— P., 1982.

 
(15 голосов, среднее 4.73 из 5)

Обсуждение этой статьи на форуме. (5 постов)

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить