Рэйли, Уолтер

Возможно, Рэйли так и окончил бы свои дни в заточении, если бы не вывели его на свободу все та же страстная мечта и прежнее увлечение Эльдорадо. В письмах королю он предлагает свои услуги, поясняя, что только он знает пути к золотоносным копям за океаном на ничейной территории. И вот однажды на рассвете перед сэром Уолтером открылись двери каземата.

Через несколько недель возглавляемая им эскадра вышла из Англии и взяла курс к берегам Южной Америки. Но кораблям так и не удалось войти в устье Ориноко: Рэйли был беспощаден к себе, строг с офицерами и жесток с матросами, в боях погиб его сын Уолтер младший, однако ветер, течения и судьба оказались сильнее. Экспедиция была провальной с самого начала. Команды были подобраны из висельников, которые не собирались выполнять приказы, и корабли отставали один за другим. Опасаясь бунта, Рэйли приказал повернуть обратно.

Понимая, что к королю с пустыми руками возвращаться нельзя, он занялся грабежом испанских кораблей. Хотя казначейство не имело претензий, так как сэр Уолтер компенсировал расходы, встал вопрос об удовлетворении раздраженных испанцев. Дело зашло слишком далеко и уже пахло новой войной. Поразмыслив, король принял «мудрое решение»: казнить Рэйли по обвинению в государственной измене — ведь имевший законную силу приговор был «забыт», но так и не был отменен. Таким образом, за кровь будет заплачено кровью, а золото можно и не возвращать.

Сам Рэйли, удрученный феерической сменой удач и поражений, надежд и новых разочарований, отнесся к вести о предстоящей казни без особого волнения. Как большую милость ему объявили, что король изменил условия казни: Рэйли должны были просто обезглавить, без четвертования и вырывания внутренностей. 29 октября 1618 года приговор был приведен в исполнение. Стоя на эшафоте и рассматривая топор палача, он пошутил в последний раз: «Это лекарство — снадобье острое! Но лечит от всех болезней!».

Голова сэра Уолтера была положена в красную кожаную сумку, а тело завернуто в бархатную материю. Леди Элизабет похоронила тело мужа в церкви святой Маргариты в Вестминстере, а набальзамированную голову хранила у себя 29 лет, до самой своей смерти.