Тич, Эдвард

Пока шли эти «дружеские» переговоры, сильная волна и начавшийся прилив сняла шлюп Черной Бороды с мели и он вновь помчался в открытое море, стремясь уйти от Мейнарда. Королевский корабль изо всех сил пытался догнать пиратов. Когда он подошел уже близко, пиратский корабль выстрелил по нему из всех своих орудий картечью, что привело к большим потерям среди экипажа лейтенанта. Мейнард имел на своем борту двадцать человек убитых и раненых и девять человек — на другом шлюпе. И так как на море наступило затишье, то он был вынужден пользоваться только веслами, чтобы помешать пиратскому кораблю скрыться.

Лейтенант заставил всех своих людей спуститься в трюм из боязни, как бы еще один такой залп не положил конец всей экспедиции и не разрушил полностью его корабль. Он остался один на верхней палубе, кроме рулевого, который постарался по возможности укрыться. Те, кто находились в трюме, получили приказ держать наготове ружья и сабли и подняться на палубу при первой команде. У палубных люков приготовили лестницы. Как только шлюп лейтенанта взял на абордаж шлюп капитана Тича, пираты бросили на его палубу несколько самодельных гранат: бутылки, наполненные порохом, кусками железа, свинцом и другими составляющими, которые произвели невероятные разрушения на корабле, повергнув экипаж в крайнее замешательство; к счастью, гранаты не причинили большого вреда людям. Основная часть команды лейтенанта находилась, как было сказано, в трюме, поэтому Черная Борода, не видя никого на палубе, окутанной дымом, обратился к своим людям: «Все наши враги погибли за исключением, возможно, трех или четырех. Порубим их на куски и сбросим их трупы в море».

Сразу после такой короткой речи, под покровом густого дыма от одной из бутылок, он с четырнадцатью своими разбойниками прыгнул на палубу шлюпа лейтенанта Мейнарда, который заметил непрошеных гостей только тогда, когда дым немного рассеялся. Тем не менее, он успел подать сигнал тем, кто находились в трюме, и они разом выскочили на палубу и напали на пиратов со всей отвагой, какую можно было от них ожидать в подобной ситуации. Черная Борода и лейтенант выстрелили друг в друга из пистолетов, и пират был ранен. Затем они начали драться на саблях; к несчастью, сабля Мейнарда сломалась, он отступил немного, чтобы перезарядить свой пистолет, и в это время непременно был бы проткнут огромным палашом Тича, если бы один из людей лейтенанта не успел вовремя разрядить свой пистолет в шею пирата; это спасло Мейнарда, который отделался лишь легкой царапиной на кисти руки.

Схватка была жаркой, море покраснело от крови вокруг сцепившихся кораблей. Мейнард, который имел вокруг себя только двенадцать человек, дрался, как лев, против Тича, окруженного четырнадцатью пиратами. Черная Борода получил еще одну пулю из пистолета лейтенанта. Тем не менее, он продолжал драться с бешеной яростью, несмотря на свои двадцать пять ран (так утверждает Дефо), пять из которых были получены от огнестрельного оружия, до тех пор, пока не упал замертво в тот момент, когда перезаряжал свой пистолет. Большинство пиратов тоже были убиты; оставшиеся в живых, почти все раненные, попросили пощады, что продлило их жизни лишь на короткое время. Второй королевский шлюп в то же самое время атаковал пиратов, оставшихся на борту корабля Тича, и те тоже попросили пощады.

Так погиб капитан Тич. Существовала легенда, согласно которой обезглавленный труп Тича, сброшенный в воду, долгое время кружил вокруг корабля Мейнарда и не тонул...

Возможно, кто-то скажет, что Мейнард и его люди понесли бы меньшие потери, если бы находились на борту военного корабля, оснащенного пушками. К сожалению, они были вынуждены воспользоваться шлюпами со скромным вооружением, так как было невозможно подойти на больших и тяжелых кораблях к тому месту, где скрывались пираты.

Лейтенант приказал отрубить голову Черной Бороды и поместить ее на конец бушприта своего шлюпа, после чего он направился в Бат, где хотел вылечить своих раненых. На шлюпе Черной Бороды были найдены письма и другие бумаги, которые открыли всем договор, заключенный между пиратом, губернатором Иденом, его секретарем и некоторыми торговцами из Нью-Йорка. Можно с уверенностью полагать, что капитан Тич в случае потери всякой надежды на спасение сжег бы все эти бумаги, чтобы они не попали в руки его врагов.

Как только лейтенант Мейнард прибыл в Бат, он забрал из магазинов губернатора шестьдесят ящиков сахара и двадцать ящиков — из магазинов Найта, которые были частью добычи с французского корабля, захваченного пиратами. Произошел громкий скандал, документы были переданы в суд в качестве доказательства подлого сговора. После такого позорного разоблачения Найт прожил недолго, так как страх предстать перед судом и ответить по закону за свой поступок свалил его в постель с ужасной лихорадкой, от которой он через некоторое время скончался.

Когда все раны были залечены, лейтенант Мейнард подставил ветру паруса, чтобы вновь присоединиться к военным кораблям, стоявшим на реке Сент-Жак в Виржинии; на бушприте его шлюпа по-прежнему торчала голова Черной Бороды, а на борту находились пятнадцать пленников, тринадцать из которых были позже повешены.

Судя по некоторым документам, один из пленников по имени Самюэль Оделл был схвачен ночью, предшествовавшей бою, на борту торгового шлюпа. Этот несчастный человек слишком дорого заплатил за свое новое место пребывания, так как во время описанной жестокой схватки он получил около семидесяти ран (слабо верится в такое количество ран, но так толкуют документы). Второй пленник, избежавший виселицы, был уже известный нам Израэль Хэндс, старший офицер с корабля Тича и одно время капитан захваченного барка, пока большой корабль «Месть королевы Анны» не потерпел крушение вблизи маленького острова Топсел.

Хэндс не принимал никакого участия в бое, но был схвачен в Бате. Незадолго до этого он был здорово покалечен Тичем. Это произошло следующим образом: ночью, когда Черная Борода пьянствовал в компании с Хэндсом, лоцманом и еще одним пиратом, он незаметно вытащил из кармана два пистолета, зарядил их и положил около себя. Пират заметил эти действия капитана и посчитал за лучшее покинуть «веселую» компанию; он поднялся на верхнюю палубу, оставив Хэндса и лоцмана с капитаном. В этот момент Черная Борода, потушив свечу, выстрелил из двух пистолетов, хотя никто не дал ему ни малейшего повода для такого поступка. Хэндс был ранен в колено и остался калекой на всю жизнь; лоцман отделался просто испугом. Когда у Черной Бороды спросили, какова причина этого его поступка, он ответил: «Если я не буду убивать время от времени кого-нибудь из своих людей, они забудут, кто я есть на самом деле».

Итак, Хэндс был тоже схвачен и приговорен к виселице; но в то время, когда казнь должны были привести в исполнение, прибыл корабль с королевским указом, который гарантировал помилование тем пиратам, которые подчинятся приказам властей и прекратят разбойничать. Хэндс получил помилование.

На рубеже XX и XXI веков американские подводные археологи нашли на дне небольшой бухты побережья штата Северная Каролина корабль Эдварда Тича. Если это действительно так, то это и есть корабль под названием «Месть королевы Анны».

Итак, почти через 270 лет корабль Тича найден под метровым слоем ила. Руководил экспедицией Уайльд Ремсинг. Более полугода ему удавалось скрыть от прессы свою находку, справедливо опасаясь, что любители-аквалангисты и искатели сокровищ, а также просто любители «пиратских сувениров» мгновенно растащат не только содержимое трюмов, но и сам корабль. Наконец, когда пресса и телевидение сообщили о находке Ремсинга на дне бухты в Северной Каролине, толпы туристов на автомашинах и катерах облепили все побережье. Они считали, что его штурман Билли Бонс был реальным лицом, которого так живо описал Стивенсон в своем романе, и которому он «приписал» авторство знаменитой «пиратской» песни «Сундук мертвеца» о пятнадцати пиратах, высаженных без воды и провизии на крошечный остров. Хотя на самом деле впервые текст этой песенки появился в романе самого Стивенсона, а сам Билли Бонс — вымышленный герой.

По словам Ремсинга, корабль Тича изрядно пострадал от времени, но вполне подлежит реставрации, если его бережно поднять на поверхность и подвергнуть тщательной консeрвации. Это потребует больших расходов, но, как говорится, «игра стоит свеч» в силу того, что люди нашего времени отнюдь не равнодушны к истории.

Осмотр 18-метрового судна подводными археологами показал, что в трюмах сохранилось множество всевозможных предметов и утвари, представляющей большую археологическую ценность, как то: посуда, великое множество бутылок из-под рома, кривые сабли, пистолеты с дорогой насечкой, медный секстант, много пушек и еще все признаки жаркого абордажного боя...

Ремсинг категорически опроверг слухи о несметных сокровищах, награбленных коварным Тичем, имеющихся якобы на корабле, тем не менее он заметил, что точное местоположение корабля держится в тайне.

«Историкам хорошо известно,— сказал Ремсинг,— что Тич надежно прятал награбленные драгоценности и деньги на необитаемом острове Амелия, а свидетелей убирал, что было для пирата, обладавшего чудовищной физической силой, не очень трудным делом. Судя по сохранившимся старинным гравюрам, Тич всегда имел при себе хороший мушкет, длинный кортик и множество пистолетов в специальных кожаных карманах. Всем этим набором оружия он владел превосходно.»

Участники экспедиции Ремсинга уверены, что когда корабль Тича будет поднят, отреставрирован и станет музейным экспонатом, он привлечет множество туристов, ибо велика слава Тича и его литературного двойника — капитана Флинта.